Адвокаты Семикина считают, что Неверов и другие лица оговорили их клиента, рассчитывая, что его деньги помогут выполнить условия досудебного соглашения – возместить ущерб. По их словам, Семикин выступал только в качестве инвестора, прямые указания сотрудникам о выводе бюджетных средств давались в тайне от Семикина, бенефициаром являлся некий Кимельфельд.
«Одним из условий досудебного соглашения является возмещение похищенных денежных средств, которое Неверов и Кимельфельд обеспечить в полном объёме не могли. В материалах уголовного дела единственным доказательством причастности Семикина являются показания Неверова и Кимельфельда, которые мы оцениваем как оговор. Следствие не стало разбираться в дальнейшей судьбе этих денег: поступили ли они субподрядчикам, или действительно были похищены в указанных суммах. Работы и материалы были оплачены, денежные средства поступили по назначению. Следствием зафиксирован факт перевода средств на счета компаний, на основании чего сделан вывод о совершении мошеннических действий.
Наша позиция: к ст. 159 ч. 4 никакого отношения Семикин не имеет и является пострадавшей стороной. Дело заведено на основании оговора двух досудебщиков, подставивших партнёра и желающих закрыть свои обязательства имеющимся у Семикина имуществом», – прокомментировал представитель стороны защиты.
